Зарисовка из моего детства, или, чем жизнь хуже кино?!

Лучше, для начала спросите, чем же она лучше - отвечу: всё-таки, длинней, да и повороты сюжета, порою, похлеще ... А чем же хуже?!


- спохватившись, воскликните недоуменно. Отвечу, и сам, задумавшись, на мгновение: тем, что ничего не перемонтируешь, не вырежешь неудачный кадр, не перемотаешь плёнку - всё есть, как есть, снято без дублёров и продуманного сценария. Всё есть, как есть и ничего не изменить! А жаль - я бы многое изменил, перемонтировал, многие откровенно слабые и нудные кадры полетели бы в мусорную корзину, некоторые, относительно удачные - переставил местами, по возможности, и, тогда, вместо затянувшейся и унылой, в общем-то бессмысленной картины, получилась бы очень-очень короткая - зато, полная искромётного глубокомысленного юмора и мудрой, но светлой печали, в стиле грузинских короткометражек 70-х! Совсем мало осталось бы, в этом фильме, кадров из взрослой жизни, далеко не все - из юности, и получился бы он больше о детстве, чем о жизни, вообще, потому, что, лишь, в этом возрасте счастье может быть таким незамутнённым, словно, нежно-прозрачным коконом укутывающим нас собою полностью, с головой, а чем старше мы становимся, тем эпизодичней и фрагментированней оно - сначала, в его сплошное полотно вклиниваются острые и ржавые зубы реальности, мы вздрагиваем от неожиданности, ёжимся, и всё ещё думаем, что это досадная случайность, эпизод, но, крепкая, казалось бы, ткань, тем временем, всё рвётся и рвётся, прямо на наших глазах - сначала в лоскуты, а потом, вихрь событий и их размочаливает в нити, разнося по огромной жизни, как по степи, и, лишь случайно зацепившись за что-то, такой кусочек счастья трепещет на ветру призывным флажком, а мы устремляемся к нему со всех ног, торопясь побыстрее собрать обрывки, обратно, в единое целое, но тщетно - в руках у нас, к концу дней, остаются лишь жалкие, ненужные никому, замусоленные от частого перебирания ошмётки, и, только там, в далёком детстве, как в ослепительной вышине, по-прежнему, победоносно переливаясь ласковым шёлком, гордым знаменем сияет недостижимое, уже, беспечно упущенное, когда-то, счастье. А, может, и это, лишь иллюзия - ложное воспоминание о временах, когда трава была зеленее?! Но, нет: счастье, ведь, оно в восприятии реальности, а не сама реальность, а лет в пять, да ещё и в летний день сидишь в траве, ласковое солнце греет макушку, а ты рассматриваешь вселенную вокруг и она больше сегодняшней и подробней в десятки раз, хотя и ограничивалась старым бабушкиным садом и домом, большей частью ... Вот, пролетела бабочка, заприметила цветок, в замысловатом порхании приблизилась к нему, приготовившись позавтракать сладким нектаром, уже было присела деликатно, на краешек, собираясь нырнуть хоботком вовнутрь, а там, оказывается - пчела, вечная труженица, вся в охряной пыльце... Обе отпрянули в испуге, пчела спешно покидает распахнутые затейливо глубины Львиного Зева, её жужжание из деловитого становится недовольно-угрожающим, я, на всякий случай отодвигаюсь подальше, но ей не до меня - нужно искать новый цветок, а бабочка, покружив минуту в ей одном ведомом алгоритме причудливого танца, всё-таки, садится на цветок снова, но тут же покидает его - после пчелы поживиться нечем, и вскоре трепещущий белый невыносимо-изящный силуэт капустницы уже неожиданно высоко в ярко-синем полуденном южном небе ... кажется, что это ветер несёт её, но я уже забыл о ней и наблюдаю за муравьиной тропой - хорошо быть маленьким : мир, скрытый от взрослых высотой их роста, охотно раскрывает свои нехитрые тайны детям, щедрой пригоршнею отсыпая их, вместе с разгадками, в распахнутые сердца и глаза. Исполинская яблоня у крыльца, устремившаяся в небо тремя своими стволами, и каждый, одновременно - мачта и корабельная пушка, поминутно роняет тяжёлые ядра своих румяных плодов. С глухим стуком они падают в цветы, а некоторые, тем что не повезло, расшибая непременно полосатый алый бочок, звонко шлёпают о порыжевший от дождей и времени, весь в трещинах, бетонный тротуар. Никто не знает названия сорта этих яблок, но вкус их чудесен и незабываем, до сих пор. С утра можно собрать большое ведро, а вечером - ещё одно, и это, наверное, первая, в моей жизни, обязанность - впрочем, собирать их весело и увлекательно, хотя, иногда, их так много, что может и наскучить, да ещё нужно быть внимательным, чтобы не сломать какой-нибудь цветок, растущий под деревом, или не вступить ногою в раскисший чернозём, после полива или дождя, да и остальной мир, оставленный мною на время без внимания, ждёт меня и манит, ещё нераскрытыми тайнами. Собранные мною яблоки бабушка будет долго и сосредоточенно нарезать мелкими ломтиками, а потом сушить под безжалостным июльским солнцем на старых простынях для зимних компотов - тёмных и густых, будто постное масло. С кружечкой-другой такого хорошо съесть горячий пирожок, только что вынутый из духовки, едва зайдя в дом с мороза, ещё и не раздевшись толком после прогулки по тихой улочке, составленной из неказистых маленьких домиков, украшенных лишь пышными снеговыми папахами, с торчащими сквозь них почерневшими кирпичными трубами, из которых в зимнее белесое небо поднимается быстрый сероватый дымок, разбавляя собой арбузный запах морозного воздуха. С востока уже потихоньку крадётся по небосводу лёгкая синь, а на западе малиновым огнём безудержно пылает заря, нежно-розовым и оранжевым подсвечивая собой лёгкое оперение облаков. Если немного повертеть головой, так, чтобы сползающая на глаза ушанка, с завязочками под подбородком, не мешала смотреть вверх, то в небе можно отыскать едва заметный, тонкий, будто старый источенный нож, но очень блестящий месяц и, даже, пару звёзд, если шапка не будет так настойчиво лезть в глаза, пушистым своим мехом щекоча веки. А можно и не искать звёзд, а прислушаться получше, к раздающемуся внезапно всегда, и едва сюда долетающему металлическому голосу железнодорожного диспетчера, пытаясь разобрать смысл сказанного - это никогда не удаётся, но он неизменно, пусть и на пару минут, всего лишь, смутной и сладкой тоской царапает сердце, рождая неясные мечты о тех мирах, что приветливо распахивают мне свои объятия, всякий раз, как я закрываю глаза и проваливаюсь в сон, напоследок обняв за шею кота, тайком от бабушки прокравшегося ко мне в кровать, и рискующего выдать себя теперь своим громким мурлыканьем, всё усиливающимся от захлестнувшей его неги и счастья. Кот только что вернулся, замёрзнув, наверное, в сарае, где обычно проходит его ежедневный кошачий промысел. В двери сарая для него прорублен лаз, а на кухне всегда приоткрыта форточка, через которую он, завершив своё сафари, на сегодня, бесшумною тенью проникает в дом, как только погаснет в нём свет. Место ему определено бабушкой у кафельной печки, а в следующие две комнатки вход заказан, но я развратил его постепенно, поначалу насильно, практически, затаскивая к себе в кровать, потому, что нет ничего лучше, чем засыпать под мерное мурчание, прижимая к себе, пахнущий пылью и зимнею ночью, ласковый хвостатый клубок. Кот очень умён, опровергая, всем своим существом, кличку Лопух, впрочем, с именем этим он попал к нам уже взрослым, почти годовалым - его отдала бабушке соседка, у которой он рос и я помню тот вечер, будто был он вчера. Спокойно усевшись рядом со мною, у известной уже вам печки, скромно и внимательно, но с большим достоинством, он выслушал панегирик в свой адрес от прежней хозяйки, лишь четверть часа назад принесшей его за обширной пазухой своего пальто, являвшегося, как и многие другие одежды окрестных жительниц, произведением моей бабушки, спокойно, без всякой боязни принял мои осторожные поглаживания и всем своим видом, как будто показывал : "понимаю, что дом мой теперь здесь и я совсем не против !" Сразу же, он взял себе в обычай приносить на крыльцо, чаще под вечер, одну из пойманных им мышей, но, иногда, еще и с утра, причём, утреннее жертвоприношение происходило, пока все ещё спят, а вечернюю мзду он норовил класть бабушке прямо под ноги, несмотря на все протесты её и даже, запущенный бывало, для острастки, в его сторону веник, ритуал сей был неизменен, а мышь, с помощью совка выброшенная в малинник, оставалась так никем и не тронутой, кроме вездесущих муравьёв - видимо, Лопух, справедливо полагал отданный трофей платой за кров, и есть его, после свершения данного церемониала, считал для себя не вправе. Всем видом своим, каждый раз, он выражал недоумение и даже обиду, а заслышав в свой адрес дежурные бабушкины порицания, задирал трубою, от ответного возмущения, хвост и неспешно ретировался в сад по узкой тропинке, чувствуя, при этом, наверное, что правда, всё-таки, на его стороне, да и бабушка уже улыбается ему вслед, правда, одним лишь взглядом, стараясь хранить суровость в лице, изо всех своих сил, поэтому, назавтра всё повторяется - точь-в-точь! Кровать моя стояла в маленькой комнатке, больше похожей на школьный пенал, чем на комнату, у полой кирпичной стены, называемой "груба" - когда топится печь, горячий дым нагревает её, и уснуть бывает нелегко, оттого, что, поначалу, слишком жарко, но, потом стена остывает постепенно, потому, что на ночь печь выключается, ввиду опасности угореть. (выглядит наша печь, как дровяная плита, но внутри стоит газовая форсунка с гудением взлетающего лайнера неутомимо греющая целый день своим таинственным тысячеязыким пламенем, которое можно увидеть приоткрыв дверку, на чугунной же верхней плоскости бабушка частенько греет свои пудовые портновские утюги) Потихоньку, сон забирает меня, но, пока не спится, так здорово мечтать, вглядываясь в темноту. И в ней, на самом деле, можно увидеть не меньше, чем самым ярким и цветастым днём : чёрные, будто вычерченные гуашью, перекрестья теней двойных оконных рам режут сероватый, но, при этом прожекторно-яркий, лунный свет, кошкою разлёгшийся по стене, беленой мелом, на десяток, если не больше, разновеликих квадратов, виноградные лозы, толщиною в руку, растущие у окна, толстыми змеями вплетаются в строгую геометрию тени окна - часами можно рассматривать это сочетание по-японски чёткой графики, перечеркивающих собою зыбкие иероглифы виноградной лозы! Но, надо спать, спать, спа..ть!..

Мой комментарий к записи «Когда могут оштрафовать за остекление балкона» от rmnt_official

Стихийное остекление, как балконов, так и самостийная замена окон — зло, и зло абсолютное!

Давно назрело изменение законодательства в этой сфере: пора принять пакет законов и правил, согласно которому, для каждого здания, без исключений, должен существовать проект замены остекления, утверждённый на уровне главного архитектора города или района — то есть, даже если замена остекления некой квартиры осуществляется силами и средствами её жильцов, (а не сразу всего здания — на уровне ТСЖ или Жилкомсервиса и прочих подобных структур) то, только в рамках утверждённого проекта, где чётко зафиксированы цвет оконных профилей, материал, из которого изготовлены рамы, конфигурация оконных переплётов и так далее — чтобы, пусть и постепенно, здание обрело единообразный, цивилизованный вид — а то, каждый лепит, что ему вздумается, и в итоге, российские города имеют вид довоенного Шанхая!

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Мой комментарий к записи «Бомбистка» от skorobogatov

Весь секрет успеха большевиков в борьбе с террористами крайне прост — они никому не давали спуску: так, например, ту же Каплан не просто расстреляли через несколько дней после покушения, а даже тело её сожгли в бочке с бензином! Повтори подобный фокус с этой овцой сраной, глядишь, и в наше время никаких террористов не будет больше.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Мой комментарий к записи «Елена Лякина "Секреты «Башни грифонов»"» от jarbond1985

Легенда, конечно, красивая, но особого секрета у "башни", увы, нет, а есть, скорее всего, чья-то мистификация, (как слышал от старожилов, мистификация довольно поздних времён — может, и при Леониде Ильиче, кто-то, от скуки стабильной и сытой жизни устроил всё это — тем более, что до Академии Художеств рукой подать) выразившаяся в хаотичной нумерации кирпичей, из которых вытяжная труба (она же "башня") сложена.
Без подобной вытяжки деятельность любой аптеки, в прежние времена, когда большинство лекарств изготавливались по месту, была решительно невозможна — особенно, с учётом того, что данная аптека расположена не просто в первом этаже жилого дома, а дома имеющего типичный для Петербурга двор-колодец — во дворе же, сия башня и расположена, а озверевшие от толп любопытствующих жильцы, на данный момент, вход во двор не просто перекрыли воротами на кодовом замке, но и выкрасили саму башню, чтобы закрыть нумерацию на кирпичах!
Впрочем, совсем без мистики не обошлось: как писало некое питерское издание, через некоторое время цифирь через краску проступила, и довольно явственно!
Я же на башню заглядывал полюбопытствовать во времена, когда интернета, можно сказать, ещё не было, и, таким образом, легенда ещё не была растиражирована на весь белый свет и носила довольно локальный характер — поэтому, толп страждущих приобщится к тайне ещё не было. (разве что студент какой приведёт свою иногороднюю возлюбленную, чтобы рассказать о грифонах и произвести на неё впечатление) Но, гораздо больший интерес, как по мне, представляет интерьер самой аптеки, чудом сохранившийся с дореволюционных времён без изменения!

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Мой комментарий к записи «Гомеопатия работает потому, что вы овцы» от scinquisitor

Я не знаю, работает гомеопатия, или нет, но, был свидетелем любопытного случая: мои однокурсники в самом начале второго курса поженились, свадьба, против обыкновения тех лет, была скромной, несмотря на то, что и девочка, и парень, особенно, были из семей зажиточных — а так как в качестве гостей пригласили далеко не всех родственников, через недельку они, некоторым из них нанесли визиты — навестили, таким образом, и двоюродную бабушку новоиспечённой супруги, которую та, хоть и жили они в одном городе, не видела, чуть ли не с детства.
Про старушку, живущую одиноко на окраине, было известно, что она знахарка, соседи её побаивались, но за помощью захаживали, сама же внучатая племянница, как и остальная родня, к этому относилась скептически — как к некой причуде, не имеющей никаких оснований, что уж говорить о её молодом муже — когда бабка увидела на тыльных сторонах его ладоней довольно крупные бородавки, появившиеся у него во время службы в армии, за пару лет до этого, и предложила их убрать с помощью заговора — он, с еле сдерживаемым смехом, отказался!
Посидели, попили чайку с тортиком и бабушкиным вареньем, выслушали поздравления, да и поехали домой — говорить-то особо не о чем, со старым, едва знакомым, и странноватым человеком.
Дорога была, не так, чтобы и близкая: сначала, нужно долго ехать одним автобусом до конечной, потом, оттуда же — другим, от начала маршрута и почти до конца. В перерыве между автобусами (прошло полчаса, как ушли от старушки, или чуть больше) присели на остановке перекурить, бац — и тут жена замечает, что бородавок-то у мужа и нету! (в чем на следующий день смог убедиться и я, и все остальные однокурсники, придя на занятия)
В то время их вывести можно было только креозотом, или чем-то подобным, ещё операцией — всё это оставляло заметные следы, требовало реабилитации, а тут пропали, хоть были ещё вчера — и никакого следа нет, чистая гладкая кожа!
Кстати, моя бабушка, которая никаких заговоров не знала, нечто подобное, я это прекрасно помню, хоть и был ещё дошкольником, выводила моему старшему двоюродному брату — прикладывая к бородавкам на руках, внезапно у него появившимся в старших классах, свежий куриный помёт! Но, конечно, не так быстро, как с помощью заговора — он приезжал к ней раз в несколько дней, шесть или семь раз, из другого города, где жил. Но, также, пропали бесследно!

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

А что у нас с каналом "Культура", вообще?

Мало того, что там в прайм-тайм до сих пор правит бал Швыдкой, способствовавший «безвозмездной» передаче Германии культурных ценностей на сотни миллионов евро, вывезенных оттуда согласно закону о послевоенных репарациях, так ещё включил сейчас, а там Пугачёва под фортепиано завывает — девяностых годов запись, где у неё морда поперёк шире!

Что там за зоопарк такой делами заправляет, на госканале?!

Мой ответ на комментарий к моему предыдущему посту

Да, такая вероятность существует — что я наложил одно на другое, и всё себе напридумывал — такую версию тоже не исключаю: никогда не был фанатичным последователем какой-нибудь единственной версии и всегда был человеком думающим.

Collapse )